Когда-то давно, лет сорок с лишним назад, я совершенно случайно познакомился с этим, на мой взгляд, очень достойным человеком. Знакомство в общем-то было шапошным, мы общались всего несколько часов, но он произвел на меня неизгладимое впечатление и надолго остался в памяти.
…Время приближалось к обеду. Мы в очень хорошем настроении сидели в своем прокуренном кабинете и, что греха таить, готовились отметить этот день серьезной борьбой с «зеленым змием». Жизнь у нас была достаточно вольная в этом плане. Еще бы, шла только среда, а у нас уже были готовы два номера газеты – полосы сверстаны, вычитаны и выправлены. И хороший запас на третий номер уже имелся в распухших от записей блокнотах. Но в райсоюзовский магазин, известный всем туруханцам как «ВИНА -СОБАКИ» самим бежать за «огненной водой» почему-то не хотелось. Ждали молодого печатника рыжего Сашку, чтобы отрядить его гонцом за не таким уж вожделенным продуктом.
Дверь отворилась после негромкого стука – значит кто-то не наш – и в кабинет вошел слегка бичеватого вида сухощавый, чуть выше среднего роста жилистый и плечистый мужик лет сорока (точней определить я не мог) в видавшей всякие виды штормовке и закатанных резиновых сапогах-болотниках. На голове у него была, по-моему, вязаная шапочка с забавным детским помпончиком, и в руках рюкзачок. Не абалаковский, конечно, но достаточно вместительный.
Незнакомец поздоровался и поинтересовался, кто же из нас освещает в газете вопросы туризма. Честно сказать, туризмом никто из нас не занимался и с этой неинтересной для нас тематикой мы были абсолютно незнакомы. А писать, плохо или хорошо, мы, как и все районные газетчики, могли на любые темы.
– А что, проблемы есть? – не очень-то приветливо поинтересовался ответсек Семен Ковалев. – Давай делись, выкладывай. Мы тебя слушаем очень внимательно, чем сможем - поможем.
Незнакомец решил, что пора представиться.
– Я мастер спорта по туризму. Байдарочник. Совершаю путешествие по Енисею. Есть интересные материалы, могу поделиться…
– Вот это уже близко к делу, – ухмыльнулся Семен. – А если бы уточнить – с кем имеем честь вести разговор? По виду ты здорово смахиваешь на наших людей. Хотелось бы знать получше…
– Я не назвался, - слегка смутился мужик. – Евгений Смургис…
– Ну, будем знакомы, - Семен встал из-за стола и протянул руку незнакомцу, а после крепкого рукопожатия аж затряс сдавленной ладошкой.
Я внимательно присмотрелся к лицу Смургиса – чуть расплющенный и слегка свернутый на сторону нос и несколько давних шрамов на бровях говорили кое о чем. Похоже, мастер спорта он не только по туризму… Я почувствовал, что моя рука попала в крепкие тиски. Его мозолистая ладонь, по мягкости напоминала подошву кирзового сапога, да и силенка недюжинная тоже чувствовалась. Ну и у меня ручонки тоже не слабенькие. Посмотрим, что будет… И я с улыбкой ответил на мощное рукопожатие. Несколько минут мы стояли молча, не желая уступать друг другу, и такое «состязание» запросто могло продлиться еще с полчаса… Но впереди у нас было дело. Мы, довольные, рассмеялись одновременно и разжали руки.
Несколько часов разговоров пролетели незаметно, и мы даже забыли, что хотели закончить сегодняшний день если и не грандиозной, то, во всяком случае, не хилой пьянкой. Мы в основном слушали, уточняющие вопросы и то задавали редко. Какой интересный человек был нашим гостем! Не часто, ой как не часто забредали к нам в редакцию такие люди. Довоенный рожак и, похоже, из семьи бывших ссыльных. Жил и работал в Пермской области. Рыбак и охотник с детских лет – уже одного этого было достаточно, чтобы мы его крепко зауважали. Наш человек! Увлекся краеведением, историей своего края, историей русских первопроходцев, что в стародавние времена уходили за Камень, за удачей, осваивать неведомые земли, Сибирь, названия которой еще и не знали. И зародилась у него шальная мысль – пройти путем этих землепроходцев через всю сибирскую землю аж до самого Владика… Разумеется, на гребной лодке. И началось…
С составления маршрута. Хотя бы грубого, приблизительного. Как и у первопроходцев. А им-то было несравненно тяжелей, чем нашим современникам. Они уходили вообще в неизвестность. О картах, даже приблизительных, и вовсе понятия не имели. Это потом наблюдательные люди составят чертежи земли сибирской. Но и в наше время точно рассчитать расстояния, длину волоков и их местонахождение еще в 80 – 90-е годы было невозможно: все точные карты засекречены. А уж об аэрофотоснимках и говорить было нечего. Особенно тяжело и трудно приходилось ему с напарниками (а напарники у Смургиса менялись ежегодно, с каждым новым маршрутом) на мелких речках пока переваливали Урал. Только на это понадобился не один сезон.
На базе конструкции местных лодок, похожих на те, какими пользовались первопроходцы, местным умельцем была сделана великолепная плоскодонная лодка – долбленка из громадной ели. Длинная, прогонистая, с осадкой при полной загрузке всего-то двадцать сантиметров. Пройти на ней можно было по любой луже. Рассчитана лодка была на двух гребцов. Две пары распашных весел позволяли ей развивать очень приличную скорость. В этом я убедился, когда к вечеру мы пошли на берег Тунгуски провожать путешественников. Вдвоем с напарником они прошли поболее километра наравне с лодкой «Прогресс» под тридцатым «Вихрем».
Они показали, на что способна их лодка «Мах – 2», как назвал ее Смургис. 8 часов в день, а то и больше, сидели на веслах вдвоем с напарником. По одиночке гребли, когда кто-то из них отдыхал на ходу в уютном «кубрике» на носу лодки. Так что средняя скорость прохождения маршрутов была достаточно высокой, несмотря на то, что лодку и солидный бытовой груз приходилось перетаскивать вручную, на себе, как это делали в свое время первопроходцы. Им было гораздо тяжелей – не было никакой информации о пути вообще, и пешая разведка занимала много времени. Потому и продвигались наши землепроходцы в то время очень медленно, но уверенно, и не зря пройденные таким образом земли уже считали своими, русскими, тем более, что были они политы не только потом, но и кровью. На берегах неведомых рек, на неизвестных землях появлялись русские могилы, а там, где они появлялись, земля уже навечно становилась русской.
Все эти «путешествия» – вещь дорогая. Всегда встает вопрос: где взять деньги? Ответ один – заработать. А уж по одежке – протягивай ножки. А на зарплату лесозаготовителя или штатного охотника госпромхоза содержать семью и путешествовать было в те времена невозможно. И Смургис нашел выход – он стал активно сотрудничать со СМИ. Как с нашими, так и с иностранными. Он оказался, скромно скажем, очень неплохим фотографом и очеркистом. Его путевые очерки и фото охотно печатали спортивные газеты и журналы не только наши и близких соцстран, но и в Западной Европе. Гонорары, естественно, платили валютой. Нескольких публикаций хватало на организацию путешествий, так что Смургис обходился без спонсоров. Да и не было их у нас в то время, – зажиревших, ограбивших русский народ негодяев, да и быть не могло. Страна еще только готовилась к их появлению. Ну, да, ладно, об этом не будем.
А снимки были просто великолепны. Читателям журналов было на что посмотреть в нашей стране. Это не только интересные, завораживающие пейзажи, но в первую очередь люди, их жизнь в трудных северных и сибирских суровых условиях. И фото совсем не постановочные, а репортажные. Но мне особенно понравились его охотничьи фотографии, которые к его путешествиям отношения, правда, не имели. К тому времени, когда он всего-то несколько часов был у нас в Туруханске – проходил мимо на лодке, он уже перебрался в Приморье и работал штатным охотником в ГПХ. И разумеется, не выпускал из рук фотокамеру
Снимки меня просто поразили. Особенно один из них – фото тигра, такой милой кошечки чуть ли не в полный кадр. Снимать такого зверя с расстояния в десять-двенадцать метров, имея на плече, ну совсем уж на крайний случай, только слабенькую комбинашку «Белку» 28 калибра – каким безбашенным надо быть! Или просто уверенным в себе. (Не путать с самоуверенностью!) Честно скажу, я ему очень позавидовал…
И еще об одном очень забавном случае он поведал нам с легкой усмешкой. В предыдущем сезоне путь из Обской губы Карским морем до Енисея ему пришлось пройти в одиночку. Очередной напарник за две недели до поездки попал в автомобильную аварию и серьезно пострадал, а за Салехардом и дальше уже пограничная зона, для нахождения в которой нужен пропуск. На оформление этого документа для другого попутчика потребуется не один месяц. Вопрос встал жестко – или пропустить сезон или рискнуть пройти в одиночку. Северным суровым морем, по которому даже в августе еще вовсю плавали льдины. Но кто не рискует, – тот не пьет шампанское. И он рискнул…
– Вы знаете, мужики, что меня поразило, когда я вышел в Карское море? Весь берег от Обской губы до самого Енисея был густо завален лесом-плавником. Вот где богатство то! И никому не нужное. Да и взять его трудно…
– Можем представить. Сами видим сколько плотов разбивает Енисей за навигацию. И все это несет вниз, а потом в море. В Игарке и Дудинке всего отловить не могут. У нас вон мужики плавник ловят после вскрытия и не только. И неплохо зарабатывают на этом. Шесть или семь наших лесопилок потом чуть ли не весь год пилят на брус и доски этот плавник. По зимнику деловой лес редко привозят, но иногда добавляют. Как без этого?..
– Я прошел уже почти до устья Енисея и тут попал в сильнейший шторм. На берег выброситься было невозможно. Лодку разбило бы мгновенно. Приблизиться даже было нельзя, и я почти двое суток, вопреки, казалось бы, здравому смыслу, выгребал в открытое море, подальше от страшного берега, пока шторм не утих. На мое счастье в устье Енисея находилась какая-то метеостанция и я пристал к ним. Они меня здорово выручили. Я устал так, что упал и проспал больше суток. Потом еще пару дней отдыхал, приходил в себя, и только тогда продолжил свой путь до Дудинки. Пристроил лодку и снаряжение у хороших людей и очень удачно попал на самолет до Красноярска. Вот так в прошлом году я чуть было не потерял сезон…
Сезон-то сезоном, но человек мог запросто жизнь свою потерять. Ледовитый океан, его прибрежные моря и впадающие в них реки – это более, чем серьезно! Рискнуть хладнокровно на такую авантюру и выиграть, пусть и с нечеловеческим усилием, мог только такой безбашенный (в хорошем смысле слова!) человек, который и тигра без страховки мог снимать почти в упор. По счастью, не перевелись еще у нас на Великой Руси такие безбашенные люди, и дай бог не переведутся. Именно такими людьми всегда была сильна наша Родина – великий Советский Союз – и мне посчастливилось познакомиться и пообщаться с одним из них.
Мы проводили Смургиса на дебаркадер, где оставался его напарник, и вплотную обзнакомились с устройством его лодки, на подобных которой еще веке в 14, а может и в 13, наши далекие предки начали проникать за Камень и осваивать Сибирь. Тут особо отличились землепроходцы – новгородские ушкуйники, некоторые потомки которых до сих пор проживают в обширном енисейском понизовье. По крайней мере, мне точно были известны две фамилии первопроходцев, что не пошли дальше встречь солнцу по Енисею и обеим Тунгускам, а остались на наших благодатных землях. Это люди с фамилиями Зырянов и Фарков. Были, конечно, и другие, но мне выяснить не удалось.
Мы чуть ли не обнюхали и не ощупали всю лодку и были в восторге. На мой взгляд, она была ничем не хуже известной всем нам деревянной «ангарки», а может даже и лучше, но имела один серьезный недостаток – не могла ходить под мотором. Но в те годы и в тех местах никаких «Вихрей» не было, да и быть не могло, а самым мощным и безотказным мотором был человек и его мозолистые натруженные руки. Такие как у Смургиса.
Мы тепло попрощались с путешественниками (язык не поворачивается назвать их туристами) и пожелали им доброго пути. Ребята отвалили от дебаркадера и вышли на Тунгуску. Две пары весел с мощными гребцами придали лодке очень хороший ход …
«Мах -2» быстро пересекла широкую реку, вышла на стрелку Монастырского острова и скрылась за ним. В этот сезон они намечали дойти до Ангары и поставить лодку на консервацию до следующего сезона. Свой трудный путь лодка «Мах-2» с постоянно меняющейся половиной команды должна была закончить во Владивостоке и стать экспонатом краеведческого музея.
Х Х Х
…Но видно не все срослось, не довелось уникальной рабочей лодке стать достойным музейным экспонатом. О печальном конце лодки и ее хозяина я совершенно случайно услышал где-то в середине беспокойных 90-х. В информационной программе сообщили, что известный российский путешественник Евгений Смургис погиб где-то у берегов Португалии, спасая свою яхту «Мах-2» во время шторма. Мне стало ясно, что исполнив свою мечту пройти путем русских первопроходцев до Тихого океана, Евгений не угомонился. Да и странно было бы ожидать от такого человека спокойствия и отдыха на берегу. Видно, загорелся новой мечтой – совершить кругосветное путешествие на своей лодке. А музей? Да музей подождет…
И он прошел на ней Северным морским путем до Скандинавского полуострова, обогнул Европу. В последнем своем плавании побывал в Лондоне, и от Лондона дальше снова шел один. Ну, не сравнить же европейские моря с морями северными. Да и не привыкать ему было к одиночным плаваниям, а вот подишь ты, видно как-то сплоховал и рассчитался своей жизнью, которую не раз ставил на кон в такой азартной игре как наша жизнь. Что и говорить? За все принято платить. Даже своей смертью. Достойная Смерть достойного Человека… Больше мне добавить нечего.
Токарев Сергей Степанович, журналист
Добавить комментарий