От землянок к соцгородам: история квартирного вопроса в Новосибирске

Новосибирцы при встрече говорят не о погоде, а о недвижимости, утверждают краеведы. Для «транзитного города» квартирный вопрос остается одним из самых важных. Экскурсоводы музея Новосибирска рассказали «Новосибирским новостям», как развивался рынок жилья, в какие районы 100 лет назад в дорогой одежде лучше было не захаживать, как приезжие арендаторы шантажировали хозяев, где расположился копай-город и когда появились первые кооперативные дома.

Город переселенцев

Ново-Николаевск появился как город переселенцев и приезжих, отчего жилья здесь всегда хватало. Каждый день в этот быстрорастущий город прибывали окрестные крестьяне и мещане: с Московского тракта (в 50 км севернее), с Барнаульского тракта (ул. Большевистская), с вокзала станции Обь или пристани. Все они стремились на Базарную площадь (сейчас там автовокзал) в поисках арендодателя. Как считают краеведы, внаем сдавалось более половины жилого фонда.

Небогатых переселенцев язык доводил до трущоб Закаменки.

«Вот там-то, в Закаменской части, и были самые дешевые квартиры и углы. За ночевку больше рубля не возьмут, хотя могут и больше взять. Вообще, в дорогой одежде и обуви туда лучше не захаживать. За месяц просили 20-30 рублей, а если платишь мало – просто выдворяли под предлогом капитального или некапитального ремонта», - сообщает экскурсовод музея Новосибирска Евгений Антропов».

Хозяин VS квартирант

В первые годы советской власти квартирный вопрос особенно обострился. Почти весь деревянный Ново-Николаевск находился в руках домовладельцев, а новоселы все прибывали. Хозяева пользовались этим, заламывали цены. Квартиранты в ответ отказывались платить, и объявляли хозяев нетрудовым элементом.

23456.jpg
Вид на реку Каменку, начало XX века. Фото Музея города Новосибирска

«Хозяин старался выжить квартирантов-захватчиков. Например, забивали тряпками трубу, и жильцы не могли топить печь. Или закрывали ворота, и квартиранты мерзли ночь на улице, оглашая округу шумом», - поясняет Евгений Антропов.

«Или спускал собаку во двор, и те не могли выйти из дома. Закрывали на замок туалет, выкуривали серой. Захват домов квартирантами-неплательщиками, которые, видимо, шантажировали хозяина судом за нетрудовые доходы, был очень широко распространен», - отмечает экскурсовод Музея Новосибирска Любовь Писарева.

Среди категорий лиц, лишаемых избирательных прав, были «лица, живущие на нетрудовой доход, как-то: проценты с капитала, доходы с предприятий, поступления с имущества и т. п.». Это было еще одно возможное неприятное последствие сдачи квартиры внаем. 

Дом за 8 миллиардов

Советское законодательство разрешало продавать, передавать по наследству и сдавать частные дома, однако земельный участок всегда принадлежал государству. В собственности государства были и все квартиры в каменных домах. В них можно было поселиться, но нельзя было получить в собственность. Или можно было обменять свой собственный дом на ключ в государственном бюро.

«Дом был сложен из земляных пластов, небогатый, но уютный и теплый. Купили мы его сразу по приезде за 8 млрд рублей. Продавец был человеком бессовестным, потому что, как оказалось, продал дом с жильцами. Мы приехали, а там — цыганская семья! Упал цыган отцу в ноги: «Не гони нас, хозяин! Куда мы зимой с ребятишками? Пожалей деток, мы тебе вреда не сделаем. Позволь одну комнатку занять!» Папа был человеком добрым и не стал выгонять цыган. Так они и жили с нами, пока мы себе в той же ограде не построили новую избу», – вспоминает Глафира Кобзева в книге «А по Красному бегали верблюды».

В 1920-1930-х гг. огороды со скотом оставались привычным видом городских кварталов. Но с наплывом населения на усадьбах строили дополнительные дома и пристройки, из-за которых застройка уплотнялась.

Соцгорода и номенклатурное жилье

IMG_3693_cr(1).jpg
Дом с часами. Фото Михаила Перикова

А в центре города уже возводились дома-коммуны, объединявшие людей по месту работы, - с общими столовыми, прачечными, магазинами и даже детскими садами внутри. Так появились кооперативные дома «Печатник», «Кузбассуголь» на Красном проспекте, ведомственные жилые районы.

Одновременно Новосибирск стал центром Сибирского края, и возникла необходимость в жилье для чиновников. Первым из них стал стоквартирный дом, построенный в стиле французского классицизма.

media224978.jpg
Стоквартирный дом. Фото Михаила Перикова

Но большинство новосибирцев жили в бараках, самостройных «нахаловках» и «неудобицах».

«В городе все уплотнились,
Как в гробах покойники.
Мы с женой в комод легли,
Теща в рукомойнике», – цитирует частушки 1930-х годов гид Музея города Новосибирска.

Копай-города

Мобилизация всех ресурсов страны с началом Великой Отечественной войны отложила квартирные распри до лучших времен. Старожилы утверждают: тогда никто даже не думал выступать против подселения эвакуированных.

1.jpg

Различия между людьми стерлись, будь то деревенская семья или беженцы из Ленинграда — редчайшие семьи жили одни, большинство размещалось по две-три семьи в квартире. Многим пришлось рыть себе землянки.

«Когда мы приехали, станция Инская еще носила имя Эйхе. Сначала жили у той самой тети Ефросиньи. Восемь человек в маленькой комнатенке! Здесь я пошел во второй класс. Год мы жили у них. Потом отец купил большую баню в Барышево, потому что не мог жить в землянке. И построили мы свой домик. Это место называли копай-город, потому что кругом были одни землянки. Позже нам дали наделы», – рассказывает старейший член Союза художников России Вениамин Чебанов.

Землянки были и на левом берегу, на месте современной площади Маркса. Туда селили поволжских немцев и прибалтов, вывезенных в Сибирь из-за наступления фашистских войск.

«Когда началась война, в районе площади Маркса вырыли землянки и поселили в них немцев с Поволжья и прибалтов. И мама шла домой мимо этих землянок, а по пути должна была смотреть санитарное состояние. Когда она приходила уставшая, она просила нас: «Ребятишки, ну-ка быстро в 17-ю землянку ведро картошки, там умирают дети». И вот мы зимой закутаемся, бежим. Мама таким образом помогала людям, чтобы хотя бы временно улучшить ситуацию», – вспоминает ветеран труда Надежда Беневоленская.

О том, как в городе вырос «урожай хрущевок», как появлялись спальные районы, и почему коммуналки опять стали популярны в наше время, читайте в следующем материале «НН».

Никита Манько

http://nsknews.info/news/160446#!prettyPhoto

подкатегория: 
Голосов пока нет

Комментарии

Опубликовано пользователем Константин Голодяев
Интересная тема. Жаль ошибок много (не в комментариях сотрудников музея, а в тексте). 1. Переселенцы не могли приезжать «с Барнаульского тракта». Его не существовало. Дорогу Бердское - Ново-Николаевск начали проектировать только в 1904-м. До этого ответвление тракта с Бердского паромом уходило на левый берег и там примыкало к Московскому. 2. «Базарная площадь (сейчас там автовокзал)» активно работала только до 1895 года. Потом она сместилась севернее (там где сейчас детская больница и Художественный музей), а потом ещё севернее (там где сейчас района пл. Ленина). 3. «центром Сибирского края» Новосибирск перестал быть в 1930-м, а «первый» стоквартирный дом, построен в 1937. Где же до того жили чиновники? 4. Упоминаемый копай-город на левом берегу был НЕ «на месте современной площади Маркса», а «в районе площади Маркса», как справедливо говорит Н. Беневоленская. Это есть большая разница, т.к. это «в районе» находится на Немировича-Данченко, 145. И в моей книге «Деревня Бугринская – прогулка сквозь время», откуда автор взял эту цитату, адрес тоже указан. А в остальном, всё хорошо.

Опубликовано пользователем Минина
Никита Манько занялся бы своей журналистикой, а в краеведение лучше прям не лезть. Извините за грубость, но - наболело.

Опубликовано пользователем Вл. Зверев
Я думаю, в БСК нужно указывать авторство помещаемого материала. И еще два момента. В начале статьи говорится, что жилья в нашем городе "всегда хватало". Это, скорее всего, опечатка, но она сильно девальвирует текст. Ну, и ссылки на рассказ экскурсионного гида как на исторический источник - ни в какие ворота.

Опубликовано пользователем Эдуард
Моя семья (я в том числе) жила в землянке на ул. Осоавиахима в начале-середине 1940-х годов. Дом деревянный отец построил уже после войны. Помню, как в окно из землянки мелькали ноги прохожих на улице.

Добавить комментарий

Target Image