8 января 2026 года исполнилось 130 лет со дня рождения Пермитина Ефима Николаевича (1896-1971), писателя, журналиста.
Если обратиться к библиотечным книжным полкам, то увидим книги «Капкан», «Когти», «Горные орлы», «Охотничье сердце», «Поэма о лесах» Ефима Николаевича Пермитина. Интернет выдаст нам электронные версии этих книг, подробные сведения о жизни и творче стве писателя на сайтах библиотек, журналов.
В этой статье хотелось бы рассказать о Е.Н. Пермитине, используя малоизвестные и неизвестные материалы, которые хранятся в филиале «Городской Центр истории ново сибирской книги» ЦБС Центрального округа г. Новосибирска.
В 1896 г., 8 января, в небольшом уезд ном городе Усть-Каменогорске Семипала тинской губернии, в семье столяра родился Ефим Пермитин. Отцу приходилось много работать, так как нужно было прокормить девятерых сыновей и четырёх дочерей. Когда Ефим подрос, его отдали в городское трёхклассное училище. В 1913 г. он сдал экстерном экзамены и получил диплом учителя начальных классов, два года учительствовал в алтайских сёлах Тулата Бийского округа и Половинкино Рубцовского уезда. Всё сво бодное от школьных занятий время он про водил в лесах за охотой. «С охоты началось моё детство», – писал он в автобиографии. Пермитин мечтал, скопив деньги, поехать учиться в Московский городской народный университет им. А. Л. Шанявского, но помешала Первая мировая война. В мае 1915 г. Ефима призвали в армию и направили в Омскую школу прапорщиков. В автобиографии он напишет: «Досрочный призыв на военную службу разбил планы. Серая шинель, военная муштровка новобранца и командирование в школу прапорщиков не удовлетворяли духовные запросы… работал учителем в воскресной школе для взрослых и в свободное время занимался самообразованием. Колчак и новая мобилизация бывших офицеров вновь оторвали от работы до дней Советской власти. И только в 1919 году я вновь смог работать в области культурно-просветительной, читал лекции на курсах для взрослых». В 1917 г. в барнаульской газете «Жизнь Алтая» был на печатан его рассказ «Последний вечер». В эти годы Пермитин начинает заниматься охот ничьим промыслом, который повлиял на тематику многих его рассказов. Осенью 1922 г. Ефим Николаевич, по заданию правления промыслово-охотничьего союза, отправился в поездку. В Усть-Каменогорск он возвратился переполненный впечатлениями от всего увиденного и услышанного, что впоследствии по служило основой для многих его произведений. Именно с этой трёхмесячной поездки начинается Пермитин-писатель.
Он предложил основать охотничий журнал, и в 1923 г. в Усть-Каменогорске начализдаваться журнал «Охотник Алтая». Первый номер вышел на плохой, жёлтой, обёрточной бумаге, тиражом всего в двести экземпляров. Организация выпуска журнала проходила под лозунгом: «Несвоевременно и буржуазно расходовать ценнейший и дефицитный товар на обвёртки. Даёшь бумагу на культнужды!» В то время членские взносы с охотников брались натурой, поэтому уездный охотсоюз имел пушнину, дичь, рыбу, овёс. Вот этими натуральными «деньгами» расплатились за бумагу для нового периодического издания. От ветственным редактором и одним из главных организаторов журнала выступил Ефим Николаевич Пермитин. Позднее он вспоминал: «Договор с типографией заключали на „овсяные единицы”. Бумагу выменяли в кооперативе. Бумага предназначалась для завёртывания круп, селёдок, сахара… Весь материал в журнал, конечно, давался безвозмездно. Безвозмездно печатались в журнале все московские и ленинградские охотоведы. Наборщикам посулили рябчиков, которых предполагалось настрелять в „охотничий воскресник”. Вертеть машину помогали сами». Тираж второго номера был уже 400 экземпляров, а третьего – 550. Журнал стал популярен за пределами Алтая и Сибири, первыми на 23 экземпляра «Охотника Алтая» подписались рязанские охотники. В первом номере журнала Пермитин поместил свой рассказ «Памяти поэта-охотника».
В 1925 г. журнал переехал вместе с ответственным редактором Е. Н. Пермитиным в Новониколаевск и получил новое имя – «Охотник и пушник Сибири». К 1928 г. его тираж составлял уже почти 4000 экземпляров. Деятельность журнала была очень полезна и широка, затрагивала все стороны охотоведения, быта охотников, а также имела отдел беллетристики, где печатались известные писатели, но одной из главных задач его являлась ликвидация охотничьей неграмотности. В эти годы Пермитин увлёкся разведением охотничьих собак. Его любимая собака Марго не раз получала призы на собачьих конкурсах. Писатель А.Л. Коптелов вспоминал: «Пока Анастасия Ивановна накрывала на стол, меня обнюхала и положила мне голову на колени красивая белая, в крапинках, собака из породы сеттер-лаверак. Почесывая у неё за длинным ухом, я вспомнил журнальные снимки её сыновей и дочерей, получивших призы на собачьих выставках и выводках. В подписях указывалось: „Из питомника Е.Н. Пермитина”. Он и собаководством занимался с увлечением».
В начале 1930 г. Пермитин оставался редактором журнала. Благодаря его кипучей энергии, увлечённости, прекрасным организаторским способностям, любви к родной сибирской природе «Охотник и пушник Сибири» стал популярен далеко за пределами Новосибирска и всей Сибири.
В 1932 г. писатель переезжает в Москву. В 1938 г. он арестован по ложному обвинению и в 1938–1944 гг. находится в казахстанской ссылке. «В январе 1938 г. органами НКВД был арестован. Поводом для ареста было то, что я „бывший прапорщик”, служивший в армии Колчака… Отбыл 5-летнюю ссылку. Два последних года преподавал литературу в старших классах средней школы Павлодарской области».
Среди фотографий архива писателя К.Н. Урманова в Городском Центре истории новосибирской книги есть две, история которых очень занимательна. Они сделаны в феврале 1925 г. на перроне Новониколаевского вокзала во время встречи сибиряков с известным писателем Борисом Пильняком, командированным из Москвы в Японию и Китай с целью установления дружественных отношений с деятелями культуры и искусства этих государств. На фотографии Ефим Пермитин в своей знаменитой барсучьей дохе – предмете зависти не только москвичей, но и сибиряков (ГЦИНК КУ Ф. Папка № 1. Фотографии (фотопортреты) Кондратия Никифоровича Урманова Д. 72. Д. 73).
«В один из дней 1925 года я сидел в комнате Сибкрайиздата, у стола Владимира Зазубрина, редактора журнала „Сибирские огни”, – вспоминает Афанасий Коптелов. – Во время нашего разговора вошёл невысокий кряжистый человек в необъятной барсучьей дохе; снял меховую шапку, громогласно поздоровался со всеми:
– Мир дому сему!
Сотрудники издательства, оторвавшись от бумаг, ответили на его приветствие и, не скрывая удивления, окинули глазами доху. Они знали дохи косульи, собачьи, даже волчьи, но такую невидаль им встречать не доводилось. Вот охотник так охотник!».
После отъезда в Москву Пермитин не потерял связей с родными краями и друзьями-сибиряками. В фонде Городского Центра истории новосибирской книги сорок два письма к другу писателю, тоже охотнику, Кондратию Никифо ровичу Урманову (ГЦИНК КУ РП. Папка № 7. Письма Пермитина Е.Н. Урманову К.Н. (1940 – 1970е гг.) 42 ед. х.).
Ефим Николаевич делится новостями московской литературной жизни, своими творческими планами, расспрашивает о писателях-сибиряках, литературных замыслах и новых книгах, оказывает поддержку не только в издании книг в центральных издательствах, но и в бытовых делах.
Одно из писем хотелось бы привести полностью. Оно написано Пермитиным 22 августа 1949 г. из Шипуновского района Алтайского края: «Мой добрый друг Кондратий! Я уже писал тебе и Александру Ивановичу Смердову в открытке о том, что в колхозе Молотова я нашёл то, что искал для своего романа. Работаю много. Дорогой мой – сейчас о Петре Васильевиче – нашем общем друге. Я получил от Анастасии Ивановны письмо. Она пишет П. В. прислал мне в Москву страшное письмо, написанное им из больницы. Он тяжело болен, а его выписывают и ему, бедному старику, некуда приклонить голову.
Он просит, как милости, устроить его в дом инвалидов: он бедствует. Умоляю тебя – мобилизуй Афанасия, Савву, Ал. Ив., Глеба, Никандра. Сходите купно в крайком и помогите ему – в этой, бесспорно, последней его просьбе. Он долго не протянет, организм его глубоко подорван. Надо же облегчить ему судьбу! С чувством большой радости прочёл в „Литературной газете”» – честную статью о Савве. Кланяюсь всем Вам – друзья мои и верю, что поможете старику Гинцелю. Крепко обнимаю всех Вас, чудесные мои земляки: соскучился по Вам. Жажду побывать с Вами в родных угодьях. Передавай привет Федотычу. Твой Ефимий. P. S. Если не затруднит – черкни открыточку – что сделали для Гинцеля. Как долетел Афанасий? Где Савва? Привет Зинаиде Ив., Женьке, Ал. Ив., Глебушке…» (ГЦИНК КУ РП. Папка № 7. Д. 3).
Письмо помогло добиться выделения квартиры для писателя П. В. Гинцеля.
В одном из последних писем он сообщает, что в третьем номере журнала «Москва» (1969) будет напечатана «Лесная поэма»: «…Прочти, там много будет дорогого твоей душе…» (ГЦИНК КУ РП. Папка № 7. Д. 34). Эта повесть вошла в роман – трилогию «Жизнь Алексея Рокотова» под названием «Поэма о лесах». Трилогия – последняя книга Е.Н. Пермитина, над которой он работал более двадцати лет. Все три части её: «Раннее утро», «Первая любовь» и «Поэма о лесах» – автобиографичны. Они создают многоплановую историю жизни, прежде всего, на Алтае и в Сибири, начиная с 1905 г. В третьей книге «Поэма о лесах» автор вводит нас в Новосибирск 1920–1930-х гг., воссоздаёт портреты своих литературных современников А.М. Горького, М. Н. Шолохова, В. Я. Зазубрина, Л. Н. Сейфуллиной, В. П. Правдухина и других. Трилогия рассказывает о пути становления главного героя Алексея Рокотова – учёного-лесовода, писателя и гражданина, думающего о судьбе родного края, его природе, борющегося за сохранение лесов. Следом за своим современником, писателем Л.М. Леоновым, ав тором романа «Русский лес», Е.Н. Пермитин продолжил важнейшую экологическую проблему в отечественной литературе.
За трилогию «Жизнь Алексея Рокотова» ему была присуждена Государственная премия РСФСР им. А.М. Горького (1970 г.). Получил её Ефим Николаевич за три месяца до смерти. У него была мечта – написать чет вёртую часть этой эпопеи, посвятив её годам своих тюремных мытарств и пребывания в ссылке, но не успел...
В записной книжке К.Н. Урманова 1971 г.запись: «18 апреля умер Ефим Николаевич. Хожу грустный и потерянный. Потерял я друга, а новые, молодые не появляются…» (ГЦИНК КУ ЗК. Папка №5. К.Н. Урманов. Записные тетради (1960–1976). Д. 12).
В память о писателе названы улицы в Усть-Каменогорске (Казахстан) и Новосибирске. Вся жизнь Ефима Николаевича Пермитина неразрывно связана с родным краем, Алтаем и Сибирью, откуда он черпал живой материал для своих произведений.
В статье «Неиссякаемый родник», посвящённой Е.Н. Пермитину, писатель П.Л. Проскурин писал: «Язык – душа народа, бесценный клад, рассчитанный на сотни и сотни поколений, и его живую музыку мы ещё раз услышали в эпопее Ефима Пермитина. Это тот радостный случай, когда мы становимся богаче и щедрее душой».
Н.И. Левченко
ЛИТЕРАТУРА И ИСТОЧНИКИ
1. ВОСПОМИНАНИЯ о Ефиме Пермитине : сборник / Ю. Е. Пермитин. – Москва : Советский писатель, 1986. – 272 с. : 8 л. ил.
2. ПЕРМИТИН Е. Н. Собрание сочинений : в 4-х томах. – Москва : Художественная литература, 1978–1980.
3. ФИЛИАЛ «Городской Центр истории новосибирской книги» ЦБС Центрального округа г. Новосибирска. Фонд К.Н. Урманова.
Календарь знаменательных и памятных дат по Новосибирской области, 2026 год
Добавить комментарий